Анна Петровна родилась в Минске, здесь же окончила школу с медалью, в Академии управления при Президенте Республики Беларусь выучилась на юриста, защитила кандидатскую диссертацию и следующие 15 лет своей жизни посвятила этому вузу. Будучи школьницей Анна старалась освоить как можно больше навыков — в её повседневной жизни были и музыка, и танцы, и ораторское искусство. Играть на фортепиано она продолжала даже после выпуска из музыкальной школы. Сейчас она заместитель декана на ФММП. Обсудили с Анной подход к студентам-технарям, -экономистам и -юристам, высшее образование, фитнес и мотивацию, порядочность и воспитание сына.
— Судя по выделенному для нас времени у вас, как заместителя декана, много дел на каждый день. Расскажите о них.
— Каждый вечер я пишу в блокнот задачи, которые нужно выполнить завтра. Это плановая работа, которую нужно сдать в установленные сроки. Но, когда я прихожу на работу, тут же появляются какие-то звонки, документы, студенты, и все эти вопросы нужно решать незамедлительно. Что-то нужно было сделать вчера, а узнали мы об этом только сегодня, такое тоже бывает. Поэтому часто список дел на сегодня частично перемещается в список дел на завтра. С этим всё очень плотненько (улыбается).
— Как вы оказались в БНТУ?
В общем-то, я никуда особо не собиралась, меня всё устраивало. Но в какой-то момент мне захотелось что-то поменять. Несмотря на то, что я уже была замдекана факультета, — я решила уйти, и оказалась в БНТУ.
Попав сюда я не была уверена, что это надолго, потому что вуз всё-таки технический, а я юрист. И работа со студентами совсем другая, потому что студенты другие. С юристами и экономистами говоришь абсолютно на разных языках. Но, тем не менее, я пришла на ФММП, где всё было новое для меня: и коллеги, и студенты. Когда я вышла из аудитории после своей первой лекции, у меня было очень волнительное состояние. Я понимала, что все ребята вроде бы хорошие, но я не получила обратной связи. Только со временем начало что-то меняться.
Я добросовестно готовилась к лекциям и практическим занятиям, старалась всегда давать студентам актуальную информацию, потому что наше законодательство периодически меняется, и студенты должны быть в курсе этого. Я понимала, что склад ума экономистов, маркетологов и «технарей» кардинально отличается от юристов. С первыми нужно работать в русле практики и примеров, потому что студентам так проще понимать и усваивать материал.
Вот так день за днём я входила в рабочий ритм, затем начала работать в приёмной комиссии. График очень плотный, потому что масштабы вуза совершенно не сравнимы с Академией. Таким образом, направлений развития больше, требований больше и ответственности, следовательно, тоже больше. Сейчас я не могу себе представить, что буду работать в другом месте. Я уже как-то породнилась с БНТУ (улыбается). Сегодня я всем довольна, мне нравится этот режим работы, я ко всему привыкла.
— У вас есть какие-нибудь принципы выстраивания работы со студентами? Может какие-то личные фишки?
— Честно, собственных фишек нет. Я понимаю только одно: со студентом нужно общаться как с равным себе. Безусловно, есть учебный процесс, но есть и идеологически-воспитательный процесс. БНТУ — один из немногих вузов, большое количество студентов которого задействовано в разных политических, культурно-массовых и спортивных мероприятиях.
Я считаю, что со студентами нужно говорить и просить их о помощи. Где-то я, как преподаватель, могу дать слабинку и пойти навстречу студенту. Я думаю, что если между нами будет уважительное отношение, то так будет проще работать и в рамках учебного процесса, и в личностных отношениях.
Если ко мне приходит студент и просит о помощи, то я сделаю всё, что от меня зависит, чтобы ему помочь. Это моя работа. В то же время очень приятно, что когда нужна помощь деканату, вузу, факультету в реализации каких-то мероприятий — студенты всегда отзовутся. Безусловно, должна соблюдаться субординация, но отношения нужно строить на доверии и не бояться просить. Я не боюсь просить. Если мне что-то нужно — я подойду и попрошу.
В приказном порядке будет негативная обратная связь. Сегодня я сказала «надо», а завтра и я уже не смогу подойти таким образом, и отношение студентов будет другим. Я понимаю, что с этим студентами мне работать ещё не один год, и я хочу выстраивать отношения на уважительной и доверительной основе.
— Вы сказали, что тщательно готовитесь к каждому занятию. Расскажите, как вы обогащаете свои знания?
— Мои дисциплины — это правовой блок: бизнес-право, правовое обеспечение хозяйственной деятельности, основы права. Наше законодательство периодически меняется, есть очень много примеров из судебной практики — эти моменты нужно постоянно мониторить, чтобы дать студентам актуальную информацию. Я всегда стараюсь ориентироваться на примеры. Если я просто сброшу ребятам ссылку на новый нормативно-правовой акт, то материал усваивается не полностью. Читать документ, конечно, нужно. Но привести пример, как это будет работать на практике, — это совершенно другое.
В рамках некоторых занятий я часто предлагаю студентам творчески подойти к изучению темы. Мы делимся на группы, распределяем роли и стараемся воспроизвести реальный судебный процесс. Всё это подкрепляется действующим законодательством и в игровой форме материал усваивается гораздо лучше. Соответственно, к зачёту они будут лучше знать материал.
У нас есть специальность «Управление дизайн-проектами» и там учатся творческие ребята. Творческие люди — творческие во всём. И когда проходит судебный процесс с этой специальностью, то это уже напоминает театральную постановку. Они действительно играют, им очень интересно. Поэтому я всегда стараюсь давать больше практики.
— Посещение реальных судебных процессов входит в практику?
— Когда я работала в Академии управления, у нас были предусмотрены выездные занятия в судебные органы, органы госуправления, и в парламенте бывали. Но это было предусмотрено для студентов-юристов. Я спрашивала у наших ребят — они тоже очень хотят туда сходить, но процедура очень сложная. Я не оставляю надежды, что это произойдёт, и очень хотелось бы показать ребятам настоящий суд.
— На ФММП учится больше девушек, чем парней, верно?
— Да.
— Как думаете, почему так сложилось, что парни менее охотно идут на ФММП?
— Наверное, потому что это не технический факультет. Тут у нас экономика, бизнес-администрирование, маркетинг. Гуманитарные науки, всё-таки, девочкам ближе. Так уж повелось, что парни идут на технические специальности. У нас парни тоже есть, но их мало. Когда я училась на “Правоведении”, из 100 человек в потоке было 75 девушек. Мне кажется, что для парней должно быть что-то более серьёзное. Строить, изобретать — это всё к парням. Мы, конечно, и тем, и другим будем рады, но почему-то охотнее идут девочки. Хотя в этом году на факультет поступило примерно одинаковое количество парней и девушек.
— Вспомните самый сложный этический вопрос, который вам приходилось решать за время работы.
— Для меня часто возникают вопросы служебной этики. На какой должности не работал бы человек — мы все работаем в образовании, в коллективе. Часто у людей есть своё мнение, которое не всегда получается согласовать. Несмотря ни на что, есть работа, коллектив, руководитель, подчинённый, начальник. В связи с этим должно быть взаимоуважение друг к другу для того, чтобы решать возникающие проблемы. Бывают обиды, неподобающее поведение как со стороны руководства, так и подчинённого.
Если что-то не так и человек с чем-то не согласен — не нужно выражать это несогласие предвзятым отношением к оппоненту. Всё можно решить спокойно, прийти к общему консенсусу через какое-то время. Я стараюсь избегать конфликтных ситуаций.
У меня была такая ситуация: с одной стороны — мой руководитель, с другой — мой подчинённый. Задача поставлена руководителем и её нужно реализовать с помощью подчинённого, у которого другое видение вопроса, нежели у руководителя. Я была промежуточным звеном. Мне приходилось объяснять на двух уровнях необходимость компромисса, и в итоге вопрос как-то решали.
— Как вы видите развитие высшего образования в нашей стране? На что стоит обратить больше внимания, а от чего отказаться?
— Я считаю, что высшее образование безусловно нужно получать. Вопрос в другом: как сложится твоя жизнь после получения той или иной профессии и где ты будешь задействован. Что касается качества получения образования — оно, конечно, очень высокое. Что касается корректировки системы образования — я бы обращала внимание на выбор дисциплин, которые студенту действительно нужны, и делала на них упор. Да, везде присутствует социально-гуманитарный блок: дисциплины, которые в дальнейшем не всегда понадобятся студенту. Зачастую некоторые преподаватели именно в рамках этих дисциплин выдвигают жёсткие требования и студенты неоднократно не могут сдать те или иные зачёты, когда у них впереди профильные дисциплины. За время моей работы ко мне часто приходили студенты с такими проблемами. Поэтому было бы правильно дать студенту возможность выбора тех дисциплин, которые ему интересны и пригодятся.
Сегодня высока роль магистратуры. Когда я заканчивала Академию управления — я сразу поступала в аспирантуру. Сейчас студент-магистрант уже может преподавать. Если он пошёл в науку и хочет преподавать, то кафедра уже в нём заинтересована. Далее он может поступать в аспирантуру и дальше развивать свою научную деятельность.
Последнее время растёт популярность образования за рубежом. Естественно, получая диплом зарубежного вуза и возвращаясь сюда, у них возникают проблемы с трудоустройством. У нас заключено много договоров с зарубежными вузами, наши студенты часто ездят по обмену. Они возвращаются сюда, заканчивают наш факультет и остаются здесь работать, потому они востребованы.
— А почему у наших ребят с зарубежным дипломом проблемы с трудоустройством?
— Потому что наш наниматель хочет видеть диплом белорусского вуза.
— А зарубежный диплом чем не устраивает работодателя?
— Организация или предприятие заинтересовано в подготовке именно нашего специалиста. Есть разница между частным и государственным вузом у нас в стране. Работодатель, всё-таки, отдаёт предпочтение выпускнику государственного вуза. У нас есть заказчики кадров, которые обращаются именно к нам, которые хотят видеть именно наших специалистов.
Возможно, зарубежные дипломы по специальностям, связанным с айти или лингвистикой, также будут востребованы у нас. Но инженеров, экономистов и врачей работодатели хотят видеть наших.
— Почему вы считаете, что у человека обязательно должно быть высшее образование?
— Высшее образование — это та же база, как детсад, школа, техникум. Это всё — основы, только разного уровня. Человек, получивший высшее образование, совершенно другой грамотности, другого кругозора, других взглядов и потребностей. Если я сегодня получил диплом юриста, экономиста или инженера, то в моей жизни уже что-то поменялось, появились другие интересы. Безусловно, мне могут предложить заработать больше в сфере, в которой я не являюсь специалистом. Предложат обучение, социальные и материальные гарантии, и я пойду туда, конечно. Мне нужно думать о том, где я буду жить, какую машину хочу купить, я думаю о создании семьи, о детях. Я понимаю, что здесь я заработаю гораздо больше и мне это интересно, нежели буду работать по своей специальности, такое тоже бывает.
Вариантов масса, но высшее образование даёт человеку совершенно другие гарантии и стабильность, по моему мнению.
— У нас в стране примерно четверть населения работает не по специальности.
— Да, есть люди, которые получают диплом и уходят в другую область, чтобы больше зарабатывать. Есть те и другие.
— Что вы думаете о присутствии Беларуси в Болонском процессе?
— Работая в приёмной комиссии я постоянно общаюсь с абитуриентами и их родителями. Практически у каждого родителя при подаче документов возникал вопрос о распределении. Сегодня оно необходимо. С точки зрения родителя — это страх, дабы не остаться за бортом.
— Наверное, распределение сидит в голове родителей, потому что так было у них и они не представляют себе других вариантов. Сейчас при распределении можно попасть в глушь и работать за 350 рублей, если не повезёт.
— Когда абитуриент поступает на бюджетную форму обучения — он понимает свои обязанности. Например, у нас на факультете бюджетников очень мало, поэтому были только вопросы, связанные с перераспределением, а так пока особо не жаловались.
— Что сильнее всего может вас разозлить?
— Я импульсивный человек, на самом деле. Дома я одна, на работе — другая. Иногда я могу загореться с полуоборота. Я очень не люблю, когда люди опаздывают. Всё, что связано со сроками, должно быть вовремя. В нужном месте, в нужное время. Злит, когда люди не корректируют время, потому что у меня всё расписано не только на работе, но и дома. Мне нужно за два выходных успеть всё сделать, чтобы вернуться к нормальной жизни на работе в понедельник. У меня действительно строгий режим выходного и буднего дня. Меня злит, когда люди выбиваются из графика.
— Есть ли вещи в вашей жизни, за которые вы не можете извиниться?
— Если я права — я никогда не извинюсь. Если не права — не важно перед кем — я всегда извинюсь.
— Чьё мнение о себе вам важно?
— Мнение моей мамы. Несмотря на то, что я давно уже не студентка, мнение мамы даже при смене гардероба для меня важно. Это действительно тот человек, который с самого детства имеет на меня большое влияние. Она мне помогала и продолжает помогать и словом, и делом. Мама для меня — это всё. Лучшие друзья — думаю, можно так охарактеризовать наши отношения (улыбается).
— Сколько времени вы проводите в интернете?
— Несколько раз в день могу зайти в соцсети. Поиск информации для занятий и для написания статей немного времени занимает. Поэтому времени в интернете провожу не очень много.
— Лайфхак, который используете каждый день.
— Тяжело вспомнить что-то кроме маленьких хитростей при приготовлении блюд. Но есть у меня одна привычка: при выходе из квартиры в общий тамбур мне нужно поправить коврики для ног возле каждой двери. Они близко находятся друг от друга, и пока я выхожу из тамбура — ногой постоянно поправляю все коврики, чтобы они лежали ровно. Пока они все не будут ровно лежать — я не выйду из тамбура или не зайду в квартиру. Это уже много-много лет. Даже если я куда-то спешу — не могу пройти мимо. Вот такой перфекционизм.
— Где-то ещё вас это преследует? Например, единственная неокрашенная плитка на всём тротуаре?
— Ужас. У меня всё должно быть на своём месте. Даже если иду по улице и вижу, что посреди дороги лежит камень, то постараюсь отодвинуть его ногой к забору. Вот не могу пройти мимо (улыбается).
— Вы говорили про хитрости в кулинарии. Вас уже с детства этому учили?
— Да, меня учили и бабушка, и мама. Я не тот человек, у которого дома пельмени и сосиски в морозилке. Конечно, в течение рабочей недели постоянно готовить сложно, но у меня всегда есть обед и ужин. Завтрак — кто-что успеет. Если прихожу домой поздно и не успеваю — я встаю в пять утра и готовлю. Для меня этот вопрос не обсуждается: в доме всегда должен быть обед и ужин. Как минимум, для ребёнка, который возвращается из школы. А в выходные можно чем-то себя побаловать.
— Любимое блюдо у вас есть?
— Вопрос сложный, потому что я мало чего могу себе позволить. Я люблю всё, я помешана на сладком. Но я активно занимаюсь спортом и у меня есть режим питания. Поэтому если мне бы сказали, что после еды мне ничего не будет, то я бы зашла в «Лакомку», села за отдельный стол и ложкой в одиночку съела бы огромный торт. А вообще, сладости я позволяю себе крайне-крайне редко. Всё должно быть в пределах разумного.
— Расскажите о своей фитнес активности.
— Я достаточно много времени уделяю занятиям в зале: пять дней в неделю. Три дня силовых тренировок, два дня — кардио. Я называю это моей второй работой, и в таком режиме я живу уже примерно пять лет. Да, по праздникам могу себе что-то позволить в питании, но занятия стараюсь не пропускать. Я начинала заниматься для себя, но если всё будет идти по плану — хотелось бы попробовать себя в какой-нибудь фитнес-номинации. Хочу посмотреть на ту пиковую форму, которая может быть. Мне нравится то, что я делаю. Я меняюсь, вижу улучшения состояния здоровья и внешнего вида. Мне хочется продолжать работать и увидеть какой-нибудь результат для себя. Не знаю, получится или нет, но буду к этому стремится.
— Фитнес-номинация — это как конкурс красоты?
— Да. Есть множество разных номинаций. Это большой труд и не у каждого это получается. Пока что я не ставлю таких прямых целей, но будем смотреть.
— Откуда столько мотивации — ходить практически каждый день на тренировку?
— Это началось достаточно давно, когда я родила ребёнка. Я внешне немного поменялась не в лучшую сторону, а я привыкла видеть себя по-другому. Пока была в декретном отпуске, я занималась в бассейне, прыжками, бегом, аэробикой и так далее. Затем в моём доме открылся тренажёрный зал, и я начала потихонечку заниматься. Когда ты уже входишь в этот ритм — ты не можешь остановиться, ты не можешь без тренировок. Такие нагрузки требуют крепкого здоровья, но я не знаю, что должно произойти, чтобы я оставила это занятие. Я сейчас пытаюсь и ребёнка своего к этому привлечь, но пока безуспешно (улыбается).
— Как, по вашему мнению, правильно воспитать сына?
— Сложный вопрос, на самом деле, потому что мы с сыном очень разные как по темпераменту, так и по восприятию многих вещей. Тем более он мальчик. Но я хочу сказать, что горжусь своим сыном, потому что он крайне добрый человек. Иногда в кругу семьи мы говорим: «Захар, нужно быть чуточку пожёстче, что ли. Надо уметь давать отпор. Надо высказывать свою точку зрения и себя таким образом защищать». Пока это очень сложно. Вот он такой добродушный, ему всех жалко, он всех жалеет.
Но, вместе с тем, какой-то усидчивости, ответственности в учёбе, как я помню по себе, — у него такого нет. Он смотрит на это как-то более просто. Он очень любит животных и хочет быть ветеринаром. Пока это идёт вразрез с моими желаниями. Я стараюсь ему пока не навязывать то, что он должен делать. Конечно, во многих вещах я его ограничиваю, многие вещи пытаюсь объяснить со своей позиции. Но учитывая его подростковый возраст, когда у нас не сходятся мнения — я просто оставляю его наедине со своими мыслями. Через какое-то время он захочет ещё раз обсудить вопрос и уже согласится со мной.
Сказать о том, что воспитание ребёнка — это пустить всё на самотёк, как сейчас модно говорить — он личность, он человек, хоть и ребёнок, но у него собственные переживания, эмоции, точка зрения … Я не согласна с этим немного. Я считаю, что и ограничения должны быть, и формирование степени ответственности должно быть, и про взаимоотношения в коллективе тоже ему нужно рассказывать, как нужно их выстраивать. Пока у него сейчас сложный, переломный возраст, мы его контролируем, но понемногу уже отпускаем в некоторых его действиях.
— Когда вы говорили про ограничения — что вы имели ввиду?
— Очень многие родители ограничивают телефоны, компьютеры, планшеты и всё прочее. У нас, не знаю как у других, сегодня это проблема номер один, потому что она везде, в том числе и в обед на кухне.
Я ограничиваю его свободное время, пытаюсь занимать его чем-то. Если он говорит, что устал (у него высокая нагрузка в школе, плюс разные секции) — понятное дело, я даю ему отдохнуть, посидеть в интернете. Но ограниченное время. После этого всё равно нужно встать и идти ходить или бегать. Он соглашается с абсолютным нежеланием.
Иногда с его стороны это вызывает бурю негативных эмоций, но в этом случае я веду себя твёрдо.
— Когда в детстве вы занимались всеми возможными активностями — это навязано родителями или было вашей инициативой?
— Родители мне предлагали и я сама этого хотела. Я отзанималась музыкой семь лет, закончила музыкальную школу по классу фортепиано. Я просила родителей продолжить занятия со своим педагогом в частном порядке. И я отзанималась с ней ещё пять лет. То есть это была моя инициатива. Так получалось, что я везде всё успевала. А у сына характер отличный от моего: «Не успел здесь, ну ничего страшного».
— К каким порокам вы можете испытывать наибольшее снисхождение?
— Есть такое понятие: «Ложь во имя добра». Ложь — это же очень плохо, вообще плохо. Но опять же, если мне кто-то слукавит для достижения благой цели, которая впоследствии мне будет понятна, — я закрою на это глаза. По ситуации я и сама могу так сделать.
— Расскажите о реформе, которую вы цените больше всего.
— Для меня самая актуальная реформа — смена места работы. Это не было предопределено, об этом не было даже мыслей, я не хотела ничего менять. Обычно человек что-то меняет, когда чувствует какой-то дискомфорт или же исчерпал себя на старом месте работы. Но у меня это случилось абсолютно спонтанно. Когда меня спросили причину, я так глупо ответила: за 15 лет мне надоел один и тот же маршрут до работы. Я уходила из вуза, который был во мне заинтересован в дальнейшем. А сейчас я в БНТУ и понимаю, что не хочу возвращаться больше никуда. Вообще, я человек не переменчивый: если меня всё устраивает — я не буду ничего менять. А вот этот момент — исключение. Я работаю в БНТУ уже почти пять лет, но иногда по рабочим вопросам езжу в Академию, и, честно говоря, у меня нет чувства ностальгии. БНТУ как-то лёг мне на душу.
— Если бы вы меняли поле деятельности — что бы это было?
— Фитнес-тренер. Я бы закончила курсы, может, получила бы ещё какое-нибудь образование в этой сфере, и полностью ушла туда.
— Расскажите о самых запоминающихся путешествиях.
— В течение учебного года у нас есть возможность с нашими студентами ездить в образовательные поездки. Мы уже съездили в Германию, Чехию, Италию. В апреле прошло года были в Барселоне — это пять шикарных дней. Мы посещали университеты, музеи, пляжи. Студенты очень любят такие поездки. Мне кажется без путешествий вообще никак нельзя, у меня ежегодно в этом огромная потребность.
В Барселоне мне бы хотелось остаться на более долгий срок. Красивые люди, красивые места — все самые позитивные воспоминания у меня именно оттуда.
— Как не перегореть на работе?
— Это зависит от человека, каждый расслабляется по-своему. Для меня это тренировки. Там ты устаёшь физически и морального истощения уже не чувствуешь. Работа в приёмной комиссии летом — тяжёлая работа. Сразу хочется сесть в самолёт и куда-нибудь улететь. Немного ленивый отдых, но он тоже нужен именно в тот период. Всё индивидуально, но физические нагрузки прекрасно помогают разгрузить мозги.
— Насколько вы тщеславны?
— Я не тщеславна. Да, у меня есть определённый стержень, есть лидерские качества, есть уверенность в себе, но с тщеславием это никак не связано.
— Какие качества вы больше всего цените в людях?
— Порядочность. У нас у всех есть своё окружение: друзей, коллег, знакомых и так далее. Порой с людьми общаешься долгие годы, но могут возникать разные ситуации. Порядочность в людях я ценю больше всего. Какие бы обстоятельства не были — всегда нужно оставаться по отношению друг к другу порядочным человеком. Это неотъемлемая часть моего общения с людьми.
Может прозвучит громко, но если говорить о работе, то ещё человек должен быть справедливым. Всё-таки мы работаем с большим количеством людей, зачастую задачи у нас одинаковые, а в отношении людей их можно решить по-разному. Чтобы не было перевеса одного в пользу другого, вопросы о справедливости тоже должны существовать.
— Что для вас важнее — милосердие или справедливость?
— Нельзя привить человеку милосердие, он должен таким родиться. Я милосердна, я верующий человек, я способна сопереживать и плакать, когда вижу то, где я бессильна перед собой и другими. Справедливость — тоже важная категория. Если ограничиться рамками работы, то, в первую очередь, я поступлю справедливо. Я постараюсь милосердно объяснить, почему я поступила справедливо. Даже за границами работы — справедливость всегда будет в приоритете.
— Вы помните, когда последний раз плакали?
— Да, это было неделю назад. Маму положили в больницу, ей делали операцию. Я плакала, когда уже всё было позади. Было ощущение «слава Богу, что всё закончилось», и больше слёзы радости.
— Чего вы боитесь больше всего?
— Я боюсь потерять то, что имею. Мне кажется, что сегодня я имею очень многое. Сын — самое дорогое, что у меня есть. За этот год у меня умерли бабушка с дедушкой — те люди, которые меня вырастили от и до. Мои родители работали, бабушка с дедушкой растили меня с трёх лет. Водили в школу, по моим секциям, кормили … В общем, они были очень мне дороги и я тяжело переношу их потерю по сей день. Я очень люблю свою работу и не хочу её терять. У меня прекрасные друзья и родственники, мы очень близки и дружны. И вот это вот всё делает меня мегасчастливым человеком. Да, у всех случаются взлёты и падения, ссоры и примирения. Но сегодня у меня есть всё. Чего я хочу ещё — не знаю.
— Что для вас «любить»?
— Любовь, на мой взгляд, не может состоять из каких-то частей. Нельзя не очень любить, некрепко, несильно. Любить — это отдавать себя полностью и не ждать взаимности. Да, я хочу получить к себе такую же любовь, но не каждый может её дать. Любовь — это полностью растворяться в человеке, в его жизни. Может быть, это где-то неправильно. У каждого человека своя жизнь и он должен её проживать, ни в коем случае не чужую.
