Многие преподаватели Белорусского национального технического университета посвятили свою жизнь науке. Череда исследований и новых открытий, написание научной литературы и выступления на конференциях с докладами – это именно то, чему некоторые люди отдали больше половины жизни. Каждый имеет свою уникальную историю о том, как он постепенно, шаг за шагом пришел в мир научных открытий. Сегодня мы расскажем об Алексее Владимировиче Белом, академике Национальной академии наук Беларуси, докторе технических наук, профессоре кафедры «Экспериментальная и теоретическая физика» приборостроительного факультета.
Среднюю школу Алексей Белый закончил в Гомеле. Как и сейчас, это был второй по величине город Беларуси, правда, на момент выбора нашим собеседником университета, в нем было лишь два вуза: Белорусский институт инженеров железнодорожного транспорта (сейчас – Белорусский государственный университет транспорта) и Гомельский педагогический институт имени В. П. Чкалова (сейчас – Гомельский государственный университет имени Франциска Скорины). Однако наш собеседник мечтал лишь о физике.
– Я решил попытаться поступить в один из московских вузов. Выбор был не так велик: или Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, или Московский физико-технический институт, или Московский инженерно-физический институт. Конкурс в каждый из этих вузов был порядка 10 человек на одно место, но вступительные экзамены проводились на месяц раньше, чем в других институтах. В случае неудачи в Москве оставалась возможность для второй попытки, но мне повезло, и я стал студентом физического факультета МГУ. Через два с половиной года пришло время определяться со специальностью. Моим выбором стала кафедра физики твердого тела, которой в то время руководил профессор Г. С. Жданов.
Для физиков и химиков имя профессора Германа Степановича Жданова олицетворяет целую эпоху становления всемирно известной школы рентгеноструктурного анализа и физики твердого тела, дифракционных методов исследования материалов. Им было много сделано по развитию новых в то время областей науки: нейтронографии, аннигиляции позитронов, эффекта Мессбауэра, молекулярной биологии, физики сегнетоэлектриков.
– Моим непосредственным научным руководителем являлся доктор физико-математических наук, профессор Р. Н. Кузмин. По его инициативе я был направлен для дальнейшей учебы в г. Дубна, где на базе Объединенного института ядерных исследований функционировали филиалы нескольких кафедр МГУ. Дипломная работа была связана с рассеянием нейтронов на кристаллических структурах слабых ферромагнетиков.
Что же определило выбор будущей профессии Алексея Владимировича Белого? Со слов рассказчика, на решение повлияло три фактора: семья, учителя и мир, в котором он рос и начинал взрослеть.
– Мой отец был известным ученым в области механики металлополимерных систем и, наверное, я был обречен на попытку заняться научной работой. Если говорить про учителей, то до сих пор прекрасно помню своего учителя физики Тимофея Миновича Каребина. Захватывающие уроки физики, а потом длинные вечера с ним и посвящавшими свое свободное время учениками, интересующимися физикой, обучение последних основам радиотехники, решение задач по физике. Совершенно не случайно Средняя школа № 27 считалась одной из наиболее продвинутых в области физики школ в Гомеле.
Мир никогда не стоял на месте: 60-е и 70-е годы XX века вошли в историю как годы начала освоения космоса и обуздания атомной энергии, создания подлинных шедевров инженерной мысли – крупнейших в мире гидроэлектростанций на сибирских реках. Страна медленно, но верно отходила от разрушений и страданий Великой Отечественной войны, периода массовых репрессий. Вечера поэзии и бардовской песни собирали полные стадионы слушателей, а лютые морозы не могли разогнать многодневные очереди за подписками на собрания сочинений любимых писателей.
И вот, позади оказался не только выбор профессии, но и учеба в университете. Для молодого Алексея Белого настало время выбора дальнейшего места работы.
– О проблемах получить московскую прописку в те годы ходили легенды и анекдоты, и я оказался в Минске, куда к 1973 году переехали мои родители. Местом моей работы стал Физико-технический институт Академии наук БССР, а первые 5–7 лет областью научных интересов являлись проблемы трения и изнашивания металлов и сплавов. Это было одно из традиционных научных направлений института в 70-е годы прошлого века. Чуть позже в мою жизнь вошли такие понятия, как инженерия поверхностей с применением пучков заряженных частиц и плазменных потоков, неравновесные твердокристаллические структуры. Моим научным руководителем оказался молодой тогда доктор технических наук, профессор Е. М. Макушок. Голубая птица юности как-то постоянно напоминала о себе. Помогли тесные контакты Е. М. Макушка со специалистами Московского авиационно-технологического института, Московского авиационного института, НИИ двигателей, НИИ сильноточной электроники имени Векшинского. Появилось кое-какое оборудование для обработки материалов с применением частиц высокой энергии, исследования структуры и свойств тонких поверхностных слоев.
В те годы существенно изменилась глобальная политическая ситуация в мире. В СССР началась перестройка, резко выросли возможности для контактов с зарубежными учеными, что сыграло большую роль в жизни нашего собеседника. Алексею Владимировичу удалось попасть на стажировку в некоторые из крупнейших мировых научных центров, ознакомиться с современным на то время научным оборудованием, поучаствовать в работе ряда престижных международных конференций. Совсем не случайно в его лаборатории появился первый в ФТИ НАН Беларуси персональный компьютер.
– Почему Вы перешли из академического института в университет?
– Возможно, это самый сложный для меня вопрос. Прежде всего абсолютно неправильно противопоставлять научные исследования в высшей школе и академии наук. Большую часть своей истории наука преимущественно развивалась в университетах. Без малого 50 лет я провел в Физико-техническом институте НАН Беларуси. История науки показывает, что самыми продуктивными для научного работника являются годы молодости. В педагогике несколько иные законы: умение передать свои знания следующему поколению требует значительного жизненного опыта. Все больше задумываться об этом я стал, приближаясь к своему 70-летию. В конце концов этот юбилей настал.
За спиной Алексея Белого не мало научных исследований, написанных статей и заметок, о которых теперь он рассказывает на своих занятиях. Уверены, что после его лекций студенты БНТУ не остаются равнодушными к науке.
