Мы продолжаем знакомить вас с людьми, которые работают, преподают и учатся в Белорусском национальном техническом университете. Сегодня расскажем о заведующем кафедрой «Градостроительство» архитектурного факультета Валентине Валентиновиче Вашкевиче.
Начнем с того, что он родился в День святого Валентина и в этом году отпраздновал 50-летний юбилей. К слову, выбор имени не был связан с популярным ныне праздником, так как родители мальчика не слышали о нем. Значительная часть профессиональной карьеры (24 года) Валентина Валентиновича связана с университетом. Мы пообщались с ним о его учебе, научной стажировке в Нидерландах, эволюции подходов к решению градостроительных задач в 90-е и сейчас, синдроме эмоционального выгорания. Об этом и многом другом читайте в интервью.
– Валентин Валентинович, расскажите, как Вы выбирали свое профессиональное направление.
– В детстве я увлекался историей и хорошо рисовал. Основным учебником по рисунку у меня была книга карикатур известного датского художника Херлупа Бидструпа, которую я успешно копировал. В классе восьмом обнаглел до того, что отправил пару карикатур в редакцию юмористического журнала «Вожык». К счастью, они не были опубликованы, но критические замечания работников редакции пошли мне на пользу. В дальнейшем самостоятельно начал осваивать технику живописи маслом, изготовления гравюр. Работы получались неплохие, но мне не хватало знаний.
Когда пришло время делать выбор и поступать в вуз, понял, что единственное, что я умею хорошо делать, – рисовать, поэтому остановился на архитектурном факультете Белорусского политехнического института. Для того чтобы успешно набрать порог по баллам и поступить, пошел на подготовительные курсы при институте. В то время они проводились дистанционно: по почте присылали задания по математике, физике и методички к ним, я самостоятельно выполнял задачи и отправлял обратно, потом приходили исправления и замечания от преподавателей. После общеобразовательных предметов уже на базе вуза началась подготовка по рисунку, там я впервые увидел мольберт. Тем не менее, так как способности к рисованию у меня были с детства, вступительные испытания сдал успешно и поступил в 1988 году на архитектурный факультет.
– Как протекали Ваши студенческие годы?
– Во время обучения старался придерживаться единственного закона: всегда посещать консультации с преподавателями по архитектурному проектированию, среди которых было много специалистов, настоящих легенд архитектурного образования – И. А. Иодо, К. К. Хачатрянц, А. А. Воинов, Н. А. Зельтен, А. Н. Колонтай. Среди предметов были и не очень любимые (высшая математика, начертательная геометрия, строительная механика), но учить старался все, ведь на кону стоял вопрос о назначении стипендии. В выписке с оценками к диплому о высшем образовании у меня всего одна удовлетворительная оценка – по скульптуре, все остальные – отлично и хорошо. К шестому курсу показал себя способным студентом, который может не только придумать архитектурное решение, но и уверенно его изобразить. Архитектурные учебные проекты отличались сложностью и значительными размерами. В те годы была обычная картина – хрупкая студентка, которая едет на другой конец города с консультации с метровым деревянным планшетом. Стоит отметить, что дипломный проект будущего архитектора занимал площадь в 8 м2 и должен был быть безукоризненно оформлен с точки зрения не только технической, но и эстетической. Мои проекты часто отбирали на выставки.
– Чем Вы занимались в свободное от учебы время?
– Я жил в общежитии и, как правило, все свое свободное время посвящал освоению музыкального инструмента – гитары. К концу обучения мы с моим другом И. Магалифом вполне прилично играли достаточно сложные пьесы фламенко.
– Когда Вы начали заниматься научно-исследовательской работой на кафедре?
– Студенческая наука прошла мимо меня, так как я в основном занимался ликвидацией пробелов в музыкальном образовании. Я узнал, что такое научная работа, только в 26 лет, когда начал работать на кафедре «Градостроительство». До этого момента работал в проектных организациях Орши. В 1997 году пришел на заседание кафедры и предложил свою кандидатуру на должность ассистента. Меня помнили как подающего надежды архитектора и взяли на работу. Вместе с моим научным руководителем профессором Ксенией Кирилловной Хачатрянц начал думать над темой диссертации. Остановились на теме, суть которой заключалась в разработке методов оценки архитектурной композиции улиц. Руководитель предупредила, что это будет трудно, потому что все, что красиво, нельзя оценить с помощью формул и цифр, это все субъективно. В стенах БНТУ сложился рациональный взгляд на архитектуру и градостроительство как на прикладную науку с четкой методологией. В итоге была разработана прикладная методика анализа и оценки облика улиц в жилой застройке, основанная на качественных критериях. При рассмотрении диссертации в Высшей аттестационной комиссии Республики Беларусь, экспертом был высказан ряд замечаний. В результате нескольких экспертиз мою научную степень утвердили. Немаловажную роль в поддержке моей научной работы оказали эксперты А. С. Сардаров и В. Ф. Морозов.
На мой взгляд, архитектура – это искусство, а художники редко занимаются наукой. На архитектурном факультете сложился уникальный педагогический коллектив – художественно одаренные люди, обладающие системным и научным мышлением. Эта особенность характерна и для градостроительства.
– В каком районе Минска Вы бы больше всего хотели жить?
– Главным критерием при выборе является месторасположение. Я хотел бы жить в центре. Качество жизни зависит не от того, в каком доме ты живешь и насколько он крут, а где он расположен. К примеру, я живу в микрорайоне «Каменная горка», где есть проблемы с точки зрения однообразия жилой застройки, но в целом среда соответствует уровню достатка жильцов.
– Как Вы оцениваете уровень градостроительной науки за границей?
– Западное градостроительство развивалось в рыночных условиях, а советское – в условиях плановой экономики. В этом заключается различие в научных градостроительных школах. Многие постулаты советского градостроительства устарели, поэтому нам приходится изучать западные подходы к решению градостроительных задач. Вместе с тем достижения советских ученых в градостроительной сфере не потеряли актуальности. Особенно это заметно в методологии формирования комплексной жилой среды, систем расселения, практике формирования архитектурных ансамблей.
В 1999 году я проходил научную стажировку на протяжении трех месяцев в Нидерландах. Там мне понравился их подход к жилищному строительству. Эта страна по площади примерно как Витебская область (Нидерланды – 41 543 км², Витебская область – 40 051 км²), но в то же время там не распространено массовое панельное домостроение, напротив, у них много таунхаусов, частных домов с участками, что является хорошей тактикой в градостроительстве, которая не хочет приживаться в Беларуси.
– Считаете, что Беларусь в плане градостроительства должна ориентироваться на европейский опыт?
– Беларусь уникальна, и не стоит перенимать весь опыт из Европы. На данный момент я вижу задачу формирования национальных подходов к градостроительству и архитектуре. Наша проблема в том, что мы берем чужие идеи и пробуем их осуществлять в местных условиях.
– Вы проходили научную стажировку в Нидерландах. Различается ли подход к учебе там и в Беларуси?
– В Нидерландах я изучал подходы к реконструкции городов. Мы учили такие дисциплины, как менеджмент, маркетинг, градостроительство, технологии управления недвижимостью, те дисциплины, которые на архитектурном факультете не преподавались и не преподаются. В результате я подготовил дипломную работу и защитил ее на английском языке.
– Раз мы начали тему обучения, то вопрос будет в этом направлении. Замечаете ли Вы со временем разницу в отношении к учебе у студентов?
– Я преподаю уже более 20 лет, с 1997 года, и начинаю понимать, что студенты со временем не меняются, изменяется их количество. Если раньше студентов было меньше и среди них было легче увидеть одаренного, то сейчас группы увеличились, и видно, что становится больше молодых людей, которые ошиблись специальностью. Мне нравится работать со студентами, у них более свежее восприятие. О новшествах в архитектуре я узнаю именно от них.
За время работы я хорошо выучил психологию студента, и пришел к выводу, что в процессе обучения важно найти баланс между строгостью и добротой. В некоторых ситуациях уместна шутка, например для снятия стресса. Кстати, на экзаменах я скорее добрый, так как любой экзамен – это серьезное испытание на психологическую устойчивость. Часто обращаю внимание на почерк, по нему можно определить характер человека. К примеру, когда студент пишет аккуратно, это говорит об его организованности и системности мышления, когда неразборчиво – человек очень талантливый (смеется).
– Как Вы считаете, можно ли обучить архитектора в режиме онлайн?
– Чему-то да, чему-то нет. Онлайн-лекции вести можно долго и интересно, но когда доходит дело до курсовых проектов, требуется физическое присутствие. Вы карточным фокусам пробовали учиться онлайн? Я тоже не пробовал, но уверен, что это очень неудобно. Секреты вам все расскажут, но для того, чтобы наверняка все было понятно, необходимо физическое присутствие. К примеру, я могу исправить эскиз студента, но он не увидит моих рук.
– Скажите, пожалуйста, как меняются принципы градостроительства?
– Подходы в градостроительстве меняются. Если в 90-е годы мы проектировали микрорайоны как группы укрупненных кварталов в условиях незначительного роста автомобилизации населения и возрождения традиционных форм городской среды, то в настоящее время мы продолжаем совершенствовать квартальную систему застройки, адаптируя принципы «зеленого» градостроительства, теории умного города.
– Вы когда-нибудь встречались с синдромом эмоционального выгорания на работе?
– Иногда бывает. Для того чтобы «перегорание» не наступало, необходимы перерывы. Я часто говорю расхожую фразу: «Пауза – это тоже музыка». Необходимо переключить внимание с одного вида деятельности на другой. Научное творчество – это непрерывный процесс, трудно поддающийся регламентации, который продолжается даже после окончания рабочего дня. Известно, что сущность науки заключается в поиске нового знания, которое может приходить как откровение, но в большинстве случаев является результатом сложной и напряженной внутренней работы исследователя.
– В заключение расскажите о том, чем Вы занимаетесь вне университета.
– Меняю сферу деятельности и активно восполняю пробелы в образовании. Лет десять назад увлекся радиотехникой, спаял и рассчитал пару схем. Все заработало. Мне нравится изучать техническую литературу, которую всегда отличает конкретность изложения и четкость методологических подходов. Также интересна литература о теории музыки, в которой можно найти аналогии с архитектурой. Считаю, что архитектор-педагог должен иметь широкий кругозор, который позволит разбираться как в искусстве, так и технике.
Благодарим Валентина Валентиновича за интервью, желаем плодотворных рабочих будней и талантливых студентов.
