Наш новый гость – Виктор Михайлович Трепачко, директор (филиала БНТУ) «Научно-исследовательского политехнического института» БНТУ, кандидат технических наук, доцент. Виктор Михайлович дал нам большое интервью о своей работе, интересах и деятельности Научно-исследовательского политехнического института БНТУ. Для Вашего удобства мы разделили это интервью на две части. В первой (здесь) Вы узнаете всё о специфике работы института, научной составляющей университета и деньгах в этих структурах.
– Расскажите, как сформировался «Научно-исследовательский политехнический институт» и на каких основах он работает?
– Институт был образован путём переименования научно-исследовательской части БНТУ. Здесь несколько причин: возрастание ответственности за обеспечение стабильного высокого качества научно-технической продукции, которую создаёт университет и соответствие современным тенденциям развития "Университета 3.0".
Институт выполняет функции по организации, координации и управлению научной, научно-технической и инновационной деятельности в БНТУ. Основные направления – разработка, исследование, изготовление, апробация и реализация передовой научно-технической продукции, работ и услуг; создание высокоэффективных и конкурентно способных объектов промышленной собственности; укрепление связей между образованием, наукой и производством.
– Какие задачи стоят перед Вами как перед директором?
– Основная цель деятельности – удержать лидерство БНТУ не только в высшем техническом образовании, но и быть ведущей научной организацией среди учреждений образования Республики Беларусь.
Важнейшая задача института – это более глубокая интеграция со структурными подразделениями БНТУ в выполнении научных исследований. Также необходимо больше привлекать молодёжь к научным исследованиям.
Одна из целей, которая ставится на ближайшую перспективу, – это развитие инженерной креативности молодёжи и внедрение как можно большего количества разработок в реальный сектор экономики.
– Говоря о молодёжи: у студентов есть возможность устроиться на работу в институт?
– Безусловно. У нас есть 18 студенческих подразделений в БНТУ, где студенты, магистранты, аспиранты выполняют свои исследования. Кроме того студенты выполняют финансируемые задания. Либо путём участия во временных научных коллективах, либо они зачисляются на работу в структурные подразделения института: лаборатории, центры.
– Расскажите о взаимодействии с технопарком БНТУ «Политехник».
– В БНТУ создан полный цикл для реализации инновационной продукции: от идей, создаваемых на кафедрах и в лабораториях, до доведения продукции до потребителя. Затем эти идеи проходят практическую "обкатку", доводятся до некоторого готового продукта. С помощью завода БНТУ мы выпускаем единичные образцы и если они соответствуют установленным требованиям, то эта разработка передаётся в технопарк для коммерциализации.
– Какие ближайшие прогнозы для развития науки в БНТУ?
– Наука всегда подразумевает широкий спектр сотрудничества. Ежегодно институт заключает порядка семи тысяч договоров. Это договоры по заказам не только нашего государства, но и стран СНГ, Европы и Азии. Расширение списка заказчиков является одной из приоритетных задач.
Ещё одна важная цель – быть полезным для республики, создавать легковнедряемую продукцию. Для привлечения зарубежных инвесторов должны быть разработаны серьёзные бизнес-планы. Уже сейчас, с привлечением студентов, мы стараемся разработать бизнес-план под каждую конкретную разработку. Очень часто возникает вопрос: есть разработка, а сколько она стоит? Сами разработчики не настолько профессиональны, чтобы составить этот бизнес-план. Да и времени не всегда хватает.
Сейчас студенты начали нам с этим помогать. Разработка будет иметь конечную стоимость, которую мы сможем озвучивать для потребителя. Эти разработки могут использоваться не только у нас в Беларуси, но и поставляться за рубеж.
– Можете рассказать о какой-то конкретной разработке?
– Если говорить про самую запоминающуюся разработку, то можно вспомнить о том, что БНТУ первый в Беларуси разработал конструкцию и начал выпускать 3D-принтеры, который печатают на пластике. Также была начата работа по созданию строительного 3D-принтера, несмотря на то, что подобные принтеры уже разрабатываются в мире.
– Уже есть.
– Да, они уже и строят. Но самая большая проблема не в том, чтобы создать принтер, а в том, чтобы разработать материал, который будет согласован с этим принтером. До 3D-принтеров мы разработали магнитные жидкости и одни из первых сертифицировали систему менеджмента качества в научных исследованиях.
Из недавних разработок – фемтосекундные лазеры. Они безопасны для человеческого глаза за счёт очень низкой частоты, а временной интервал между амплитудами импульсов очень короткий. Это направление весьма популярно в мире.
Другая разработка – информационная система диагностики меланомы кожи по дерматоскопическим изображениям. Есть заболевание кожи и его снимок. Чтобы определить тип заболевания, врачу нужно какое-то время. Нами была сформирована база снимков различной природы. При появлении нового снимка кожи человека, он отправляется в базу данных, где начинается сопоставление изображений и уже по имеющемуся опыту ставится диагноз.
Есть ещё ряд разработок в области медицины. В настоящее время БНТУ участвует в выполнении государственной программы инновационного развития. В рамках этой программы университетом создан инновационный практический центр в области медицины. Некоторые разработки уже прошли апробацию на операциях. Также есть ряд патентов на изготовление медицинских изделий. Сегодня они уже активно используются клиниками при проведении операций.
Если говорить о перспективных разработках, то это энергетические системы, процессы и технологии. Так же это разработки в области металлургии, диагностике машиностроения, строительных материалов и изделий, механики и материаловедения.
– Всё вышеперечисленное создаётся в БНТУ и реализуется за его пределами. Создаётся ли что-то для БНТУ?
– Для этого в большей степени развивается инфраструктура. Я являюсь координатором международного проекта европейской комиссии FabLab. В рамках этого проекта в БНТУ создана производственная лаборатория для молодёжи. Она оснащена 3D-принтером, фрезерным станком, различными наборами для сборки робототехнических изделий. Таким образом, мы формируем инфраструктуру, чтобы молодёжь могла реализовать какие-то свои навыки.
Что касается разработок, то часть уходит на завод и там их изготавливают для предприятий. Но сказать, что была какая-то разработка конкретно под БНТУ – нет.
В настоящее время формируется такой задачник от университета, где мы будем знать потребности БНТУ в науке и разработках, создании каких-то объектов на основе научных достижений. И уже исходя из этого задачника, мы будем целенаправленно работать над потребностями университета. Сейчас они только определяются тем, что мы используем какие-то научные методики для обследования зданий и сооружений, которые есть у БНТУ.
– Давайте немного подробнее о развитии науки в БНТУ. У нас есть преподавательская деятельность, и есть научная. Каким образом они пересекаются?
– Наука является неотъемлемой частью образования. Если мы хотим получить квалифицированного специалиста, то преподаватель должен получать самые свежие научные данные о современных достижениях науки, иначе учебный процесс будет неполным. Все преподаватели участвуют в выполнении научных исследований.
Одна часть преподавателей заняты темами, которые выполняют во второй рабочей половине дня, другая - выполняет задания Государственных программ научных исследований. Еще одна группа преподавателей участвует в выполнении хозяйственных договоров для предприятий и республики. Все преподаватели, так или иначе, связаны с научной деятельностью, и все достигнутые результаты внедряются в учебный процесс. И это подтверждается статистикой: за 2018 год внедрено более трёхсот научных разработок.
– Из года в год эта цифра как-то меняется?
– За последние годы цифра сформировалась и не меняется. В пиковые годы количество внедрённых разработок практически достигало четырёхсот. Это зависит от того, когда заканчивается тематика. Если в этом году завершаются задания Государственных программ научных исследований, то в этот год наблюдается пик внедрений.
– Но ведь не каждый преподаватель что-то внедряет в образовательный процесс. Есть какие-то критерии или требования? Учёная степень, например.
– Если смотреть на статистику, то на преподавателей с учёными степенями приходится большая доля внедрений. Но, к примеру, аспиранты, работая над своими диссертациями, имеют высокий шанс внедрить свою разработку.
– Есть ли какая-то внешняя мотивация, финансовое поощрение от государства, к примеру?
– Кроме внедрений существуют также заявки на патенты. В последние годы наблюдался небольшой спад в этой части. Но в 2019 году мы снова возвращаемся на те позиции, которые БНТУ временно потерял. Наш университет был лидером в области патентной изобретательской деятельности в Беларуси.
– По состоянию на какой год?
– По количеству поданных заявок мы всегда занимали лидирующие позиции среди научных организаций республики, только за исключением прошлого года. Мы даже были награждены золотой табличкой Всемирной организации интеллектуальной собственности. На основании патентов в области медицины, например, мы изготавливаем продукцию и реализуем её на медицинских предприятиях.
Что касается изобретений – по полученным патентам мы выплачиваем авторское вознаграждение, оно предусмотрено законом. Ежегодно БНТУ проводит конкурс на лучшего изобретателя, конкурс структурных подразделений. Победители этих конкурсов всегда получают награды.
Ну и обычное мероприятие для всех учёных – День науки. В январе мы всегда подводим итоги года по научной деятельности, и учёные, которые внесли наибольший вклад в развитие науки, получают вознаграждения: грамоты, дипломы и, в том числе, финансовое вознаграждение.
– Вы сравнительно рано написали свою кандидатскую диссертацию (в 2002 году, 25 лет).
– (усмехается)
– Расскажите, что этому поспособствовало?
– Я, наверное, отношусь к категории людей, которые были фанатиками науки. Сейчас наука, к сожалению, ушла на второй план, потому что в моей должности много административной работы. Наукой я могу заниматься только в свободное от работы время.
Что касается обучения в аспирантуре – у меня была хорошая база. Ещё в школе я был призёром республиканских олимпиад по математике и информатике. Мои знания сэкономили мне большое количество времени при написании диссертации.
– Пару слов о самой диссертации, чтобы понимать, о чём речь.
– Моя диссертация связана с оптимальным проектированием физически нелинейных систем. Это строительные конструкции, работа которых рассматривается не в классическом понимании, а с позиции физической нелинейности, то есть их действительное поведение.
Ещё студентом я участвовал в научно-исследовательской работе. Мой будущий руководитель по кандидатской диссертации привлекал к изучению научных тем. Это тоже дало определённые преимущества при написании диссертации.
Я ставил перед собой задачу: защититься в срок, и для этого я прикладывал все усилия. Часто приходилось работать по ночам. Примерно также, как студенты делают курсовые работы (улыбается). Но сказать, что я отдавал ей всё своё время, я не могу. Всё равно я находил время на то, чтобы получать знания и в других областях. Строительство – это достаточно обширная сфера, где интересны не только научные приложения, но и исследование объектов в аварийном состоянии, например.
Ещё одним стимулом, который всегда присутствовал, было желание оказаться в когорте высокоинтеллектуальных людей, которыми являлись учёные. В то время авторитет учёного был очень стойким и важным для каждого.
– Почему «в то время»? Сейчас многое изменилось?
– У нынешнего поколения молодёжи авторитет учёного находится далеко не на первом месте. Сегодня авторитет определяется уровнем заработка. Когда я учился в аспирантуре – меня поначалу не интересовал заработок. Я больше обращал внимание на интерес к работе.
Если отмотать время назад, то я бы задумался: долго пробиваться в науку или идти работать на стройку, где мне со старта давался хороший заработок. Через несколько лет я мог уже построить себе квартиру, обеспечить семью, не имея никакой дополнительной психологической нагрузки. Практически все мои одногруппники спустя 2-3 года после выпуска имели собственное жильё. У меня такого не было.
А сейчас молодое поколение ориентируется на заработок. Исходя из общения с молодыми учёными, я заметил, что для них большую роль играет вознаграждение, нежели интерес. Всё упирается в материальные блага, но в последние годы государством сделано очень много. Например, жилой комплекс «Магистр», где в аренду предлагается жильё для молодых учёных за небольшой процент от заработной платы.
В моё время не было таких конкурсов, как стипендии для молодых учёных. Сейчас для молодёжи существует больше стимулов, чтобы заниматься наукой. При этом всё равно остаётся желание получать хорошие деньги. Хорошие деньги – это бизнес.
– Вы не думали над тем, почему раньше молодёжь хотела стать учёными, а сегодня – бизнесменами?
– Это вопрос глубокой философии. Наверное, это формируется, прежде всего, в семье. Большинство нынешней молодёжи росло в то время, когда родители жили в 90-е годы. Тогда пошёл переход от Советского Союза к суверенной Беларуси, было сформировано ожидание прихода материальных благ.
– Вы не считаете, что раньше наука финансировалась лучше, чем сейчас? Отсюда и вытекает отсутствие интереса к науке у молодёжи или нет? Кушать-то всем хочется.
– Да, но ведь в каждой профессии есть преимущества и недостатки. Понятно, каждый из нас хочет иметь больше, чем он зарабатывает. Если сравнивать отельные профессии между собой: в чём прелесть науки? Прежде всего, это контингент тех людей, с которыми вы общаетесь. Как правило, учёный общается с учёным. Это человек высокого интеллекта, с которым очень интересно общаться. Помимо того есть возможность участия в различных научных мероприятиях, где каждый день ты узнаешь новую информацию.
Сегодня наука – это та область, где ты каждый день знакомишься с новизной. Когда ты работаешь в иной сфере – твои обязанности связаны с устоявшимися законами.
– Это бесспорно. Но, тем не менее, Вы не считаете, что наука сейчас спонсируется недостаточно?
– Нет. Подобное утверждение применимо по большей части к пассивным учёным. Потому что тот, кто занимается активной наукой, он может всегда найти себе какую-то новую тематику, которую может профинансировать заказчик. Я сейчас имею в виду хозяйственные договоры. Я могу прийти со своей разработкой на любое предприятие и предложить её. Если она интересна – оно её профинансируют.
Бюджетное финансирование, может быть, и ухудшилось. Но на сегодняшний день всё равно есть возможности для того, чтобы не жаловаться на этот объём. Гуманитариям, правда, сложнее продвинуться в этом плане.
– Это известно, что за хозяйственный заказ учёный получит больше денег, чем за лекции в университете. Разница в заработке гигантская. Не в этом ли проблема? Или же сравнить стоимость лекции профессора в западном блоке стран и у нас.
– Опять же, если говорить о пассивных преподавателях. Все преподаватели, даже если говорить о зарубежных, должны быть известными в науке. Это одно из главных условий, по которым Вас пригласят для чтения лекции в том или ином университете. Чем более авторитетно Ваше имя, тем больше шансов у Вас получить приглашение для чтения лекций.
У нас есть ряд профессоров, которые выезжают для чтения лекций в зарубежные университеты. Есть и те, которые руководят аспирантами, к примеру, в Германии. Те, кто из преподавателей и учёных ведёт активную деятельность, не будет жаловаться на низкий заработок.
– Но Вы согласны, что молодому ученому нужно быть самым-самым умным, чтобы зарабатывать нормально? Те, кто ничем не выстрелил, хоть и далеко не глуп, остаются на обочине и получают копейки за свои лекции. Я к тому, что на той же стройке не нужно быть гением, чтобы получать хорошую зарплату.
– Если говорить конкретно про молодого учёного, то эффективность его деятельности во многом определяется принадлежностью к научной школе. У него есть все шансы в рамках этой школы, чтобы стать успешным учёным. У меня, например, научная школа в области строительной механики. Национальная библиотека, Минск-Арена – это работа представителей моей научной школы, членом которой я являюсь.
– Объясните, пожалуйста, понятие «научная школа».
– Научная школа – это исследовательский коллектив, который возглавляется одним учёным и все они работают по схожему направлению.
– Этот коллектив где-то базируется?
– В БНТУ на сегодняшний день 32 научные школы, которые зарегистрированы в установленном порядке. Как правило, каждая научная школа относится к какой-то кафедре. Иногда несколько кафедр представляют собой одну научную школу.
А чтобы лучше узнать о том, кто такой Виктор Михайлович Трепачко – переходите по ссылке.
